С 1 сентября 2006 года начали действовать поправки в российское законодательство, которые должны пресечь дерзкие выходки интернет-пиратов.
Согласно им опубликованные в сети литературные и музыкальные произведения охраняются законом, так же как и выпущенные на бумаге, CD или DVD носителях.
В России закон «Об авторском праве и смежных правах» приняли в 1993 году. Однако многие пункты в нём были нечётко прописаны, а интернет-права и вовсе не существовало.
Когда в 2004 году Госдума принимала поправки к закону «Об авторском праве и смежных правах», депутаты проголосовали почти единогласно. Закон впервые включил Интернет в поле правового регулирования - сейчас правообладатель может требовать компенсации, если его интеллектуальную собственность украдут киберпираты.
Исключение сделано для библиотек, которым можно переводить книги в цифровой формат, правда, без возможности дальнейшего тиражирования. Но главное изменение закона коснулось даже не самих авторов произведений, а их наследников - они получили право пользоваться копирайтом не 50 лет после смерти автора, а 70. С сегодняшнего дня поправки к закону начали действовать.
Вступление в действие поправок к закону «об авторском праве и смежных правах» в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал Владимир Витальевич Гришуков, депутат Государственной Думы РФ, член Комитета ГД по безопасности.
- Кто лоббировал введение интернет-права в российское законодательство?
- Трудно сказать. Само слово «лобби» происходит от английского lobby - прихожая, вестибюль, кулуары - и несет в себе исходно некий отрицательный смысл - воздействие на политика путем частных, непубличных переговоров, при которых могут заключаться весьма сомнительные сделки.
оэтому зачастую лоббизм неотличим от коррупции. Уже одно это заставляет политиков тщательно скрывать, чьи интересы и почему они лоббируют. Иные считают лоббирование просто «согласованием интересов», но любое согласование должно быть открытым и публичным.
В Госдуме предпринимались попытки создать «цивилизованный механизм лоббирования», принять закон, регулирующий эту деятельность, но - воз и ныне там. Да и вряд ли возможно создать такой механизм. Но, объективно, Интернет стал важной составляющей общества, цивилизации и действительно нуждается в правовом регулировании.
- Закон «Об авторском праве и смежных правах» был принят в 1993 г., поправки к нему - в 2004. Почему поправки вступили в силу только сейчас?
- В любом законе оговариваются сроки вступления его в силу. Надо дать возможность тем, на кого воздействует, кого касается этот закон, изменить свою деятельность, привести ее в соответствие с новыми требованиями - это вполне естественно.
- Будут ли действенны поправки, ведь хозяев многих сайтов трудно идентифицировать?
- Наше законотворчество тем и отличается, что «хотели как лучше, а получилось как всегда». Решает парламентское большинство, которое зачастую слабо ориентируется в сложных проблемах, особенно в вопросах высоких и информационных технологий. В СССР были мощные научные структуры, которые выстраивали единый законодательный комплекс, следили, чтобы законы не противоречили друг другу, чтобы не было возможностей обходить закон, просчитывали все варианты последствий принятия нового закона, определяли механизмы применения и контроля.
Сейчас, к сожалению, этого нет. Поэтому неудивительно, что практически в любом законе возникают «дырки», а его применение дает неожиданные результаты в смежных областях.
Приведу пример. Я - дальневосточник, человек, связанный с морем. На море применяются гирокомпаса - свободно подвешенные в кардане волчки, вращающиеся с огромной скоростью. Такой волчок через какое-то время после раскрутки занимает положение, связанное с «осью мира» и удерживает его.
Но если мы захотим его повернуть, получается неожиданный результат. Мы давим вниз - волчок поворачивается влево. Мы поворачиваем вправо - волчок уходит вверх. То есть, для того, чтобы разместить волчок, именно так, как мы хотим, надо хорошо знать теорию гироскопа. Нечто подобное происходит и в законодательстве - чтобы повернуть дело так, как хочется, надо хорошо знать все детали и подробности. А этих знаний у думского большинства зачастую нет.
- На осеннем заседании Госдумы будет рассматриваться новый пакет законов, объединяющий все нормы охраны авторских прав, при этом поправки сегодняшнего законы автоматически станут недействительны, насколько точно прописана ответственность за интернет-пиратство там?
- Давайте дождемся этого заседания, тогда и поговорим. Но я бы отметил еще одну особенность Интернета. Если кого-то больше волнует интернет-пиратство, т.е. автор против того, чтобы его информация скачивалась и использовалась без его ведома, то есть и прямо противоположные взгляды - автор как раз и хочет, чтобы его информация распространялась как можно шире, и его не интересует, кто и как будет ее использовать.
Я уже не говорю об авторах-графоманах, которые выставляют свои произведения в Интернет и наслаждаются тем, что кто-то их скачивает. Речь идет о другом. В Интернете ходит масса опасной информации - и трагедия на Черкизовском рынке это подтверждает.
Ведь информация о том, как из подручных средств сделать бомбу, была найдена в Интернете. И я не думаю, что автор этой информации будет волноваться из-за «незаконного скачивания» его информации. Вот это - проблема намного более серьезная, чем интернет-пиратство.
Наталия Чернова