Из всех социальных проектов, выдвинутых командой Путина, наибольшее одобрение в обществе у простых людей получила начавшаяся реформа системы образования. В реформу образования люди верят, ее ждут. Казалось бы, реформа медицинского обслуживания, как говорят, ближе к тему, является вопросом жизни и смерти миллионов людей. Но тем не менее намеченные меры для облегчения участи российского учителя, в том числе и для спасения сельской школы, близки российской душе.
Это связано с целым рядом причин, и прежде всего морального, духовного характера. Людям сейчас нужны прежде всего правдоподобные реформы, в которые они могут поверить, которые помогут им преодолеть нынешние настроения растерянности, утраты веры в российское будущее. Такой уж российский человек. Ему прежде всего нужны реформы, которые в состоянии поднять державу, спасти страну. Простые люди, далекие от политики, от тонкостей так называемой «реформы образования», нутром чувствуют, что, если мы спасем систему образования, если их дети будут получать в школе, в вузе серьезные знания, то мы будем спасены, выживем.
После прихода к власти большевиков русскими героями стали простые священники, которые даже под угрозой расстрела сохраняли свою православную веру. А после прихода к власти «либералов», разрушителей исторической России, образцы героизма и служения Отчизне проявил наш русский школьный учитель. Об этом нельзя забывать.
Правда, для того чтобы сохранить нынешний неподдельный энтузиазм, который вызывает у уставшего от всего российского человека реформа образования, необходимы нужные слова и точные определения. На мой взгляд, если мы будем настаивать, как это делает наш министр Андрей Фурсенко, что якобы речь идет не о «реформе», а о «модернизации системы образования», то сторонников этого социального проекта будет меньше. Надо понимать, что вера в возможность радикальных перемен, различного рода радикальной модернизации ушла в прошлое вместе с эпохой Гайдара и Козырева.
Надо понимать, что образование создает не только работника, но и гражданина, создает и мать, и отца. Надо понимать, что наша вера в российское будущее держится на убеждениях, что мы в прошлом были успешной нацией, что нам что-то удавалось в прошлом, в том числе и в советское время, что мы умеем делать нечто не хуже других народов.
Так вот образование, как полагают люди, есть как раз то успешное, что отличает русскую историю. А если образование было успешно, то его надо не ломать, не модернизировать, а просто реформировать. Люди в массе, при всех своих разочарованиях, и в нынешней жизни, и в советской системе все же убеждены, что учиться мы, русские, умеем добротно, что система образования в советское время была одной из лучших в мире, и, на мой взгляд, эта вера оправдана со всех точек зрения. Кроме того, у нас стоит проблема спасения, сохранения той системы отношений между учителем и учеником, которая складывалась столетиями.
В массе советские люди не знали, что их система образования была успешной и прежде всего в гуманитарном, человеческом отношении потому, что воспроизводила систему российской гимназии, и это - важный урок.
Даже советы при всей своей революционности не «модернизировали» систему и дух царской гимназии, а просто привели ее в соответствие с духом нового строя, открыли гимназии для всех детей, т. е. создали советскую среднюю школу.
И у нас стоит на самом деле та же задача, которая стояла когда-то перед большевиками. Перед нами стоит задача привести оправдавшую себя советскую систему образования в соответствие с особенностями новой экономической системы. Конечно, при рыночной экономике невозможно сохранить старую советскую систему распределения выпускников вузов, систему гарантий работы по специальности.
В новых условиях крупный бизнес должен давать заявку на подготовку определенного рода специалистов. Конечно же, в стране с рыночной экономикой бесплатное государственное образование, бесплатное обучение в вузах должно быть дополнено коммерческим. Но все это не модернизация, а реформа, совершенствование существующей системы.
По крайней мере не надо модернизировать основную цель советской системы образования, т. е. практику, когда школа готовит гражданина, когда образование формирует нацию и национальную элиту.
Нам нужна совсем другая философия реформы системы образования. И, как мне кажется, то, что недавно говорил на эту тему заместитель руководителя администрации Президента Российской Федерации Владислав Сурков в выступлении перед активом партии «Единая Россия», как раз и соответствует нашим национальным целям, задачам возрождения успешной России.
Речь идет о философии, согласно которой образование не идет вслед за кризисным обществом, напротив, образование формирует силы, которые способны вытащить страну из кризиса. Речь идет о философии, согласно которой образование должно формировать общество, элиту, нацию и даже новый образ жизни.
Процитирую целиком фразу из упомянутого выступления, где в развернутой форме выражена эта философия. «У образования много значений. Создание образа человека и народа. Образа мыслей. Образа будущего. Образование, то есть создание нации, организация ее жизни, ее культура. Образование как возможность прорыва в экономику знаний. Это далеко не все причины, по которым образование, наука, культура требуют особенного к себе отношения. «Битву при Садовой выиграл прусский учитель», - сказал Бисмарк. «А при Сталинграде - учитель русский», - добавим мы.
Эта философия не просто активна. Она исходит из поверенной веками мудрости, которая утверждает, что в здоровом обществе прежде всего должен быть воспитан учитель. Всегда у всех европейских народов активная государственная политика начиналась с качественного подъема системы образования.
В нынешних кризисных российских условиях прорыв в системе образования как раз и может быть тем звеном, как любили говорить марксисты, благодаря которому можно вытянуть из трясины застоя всю страну. Но, на мой взгляд, на систему образования ни в коем случае не надо смотреть «извне», судить о ней на основе внешних критериев, как настаивает министр Андрей Фурсенко. Надо понимать, что само по себе знание деталей системы ничего не говорит о целях ее функционирования. На самом деле цели образования формируются изнутри, из моральных и гуманитарных ценностей.
Мы никогда не преодолеем нынешнего морального и духовного одичания общества, если не поймем, что школа готовит не только работника, но и гражданина, личность, духовно развитое существо. Вот почему, на мой взгляд, крайне опасны идеи коммерциализации средней школы. Сама идея заставить родителей платить за гуманитарные факультативы по природе своей не только противоестественна, но и опасна. Надо понимать, об этом точно сказано в том же выступлении Суркова, что сегодня решающее значение имеет формирование полноценной национальной элиты. Эта задача не коммерческая, а историческая.
И самое важное. К счастью, у нас сохранились все условия для прорыва в будущее путем прорыва в сфере образования. К счастью, у нас рождается много талантливых детей, к счастью, российская нация не оскудела на хорошие мозги. Ничто нам не мешает, к примеру, возродить старую советскую систему отбора и поддержки наиболее одаренных детей.
Ничто не мешает создать при Министерстве образования федеральную систему, которая бы искала, брала на учет всех наиболее одаренных и способных детей России. Готовила бы их в специальных школах при главных вузах страны, вела бы их по жизни, поддерживала их материально и морально.
К сожалению, вместо нас эту работу делают якобы успешные американцы, якобы успешный Запад, и пытаются увести из страны наши дарования. Не надо жалеть средств на развитие мозгов в России, тем более что у нас денег много и мы не знаем, как их использовать. Денег много, а воли и государственного ума мало. С этим пора кончать.
Проблема еще и в том, что наши средства массовой информации до сих пор, как и в 90-е, внедряют в сознание молодых людей пораженческие настроения, говорят о том, что патриотизм и любовь к Родине противоречат демократии. Надо понимать, что идейная ориентация нашего школьного учителя формируется не только под влиянием учебников, написанных в эпоху русофобии и национального нигилизма, но и под влиянием нашего общества, под влиянием наших СМИ. И тут обнаруживает себя глубинное противоречие, без преодоления которого мы не сможем создать школу, работающую на создание национальной суверенной элиты, мощной суверенной нации.
С одной стороны, и во внешней политике, и в оборонной политике, руководство делает все возможное и невозможное для воссоздания нашего традиционного суверенитета, для обеспечения независимости и безопасности суверенной российской нации. В этих сферах мы ведем себя как полноценное, суверенное государство, опирающееся на свои традиции великодержавия и учитывающее свои национальные интересы. Но, к сожалению, в идеологии наших СМИ до сих пор мы говорим о себе как о провинившемся ученике демократии, как о неполноценной нации, которая во всем должна подражать Западу, во всем учитывать его мнения и оценки.
Невозможно сформировать полноценную систему образования, пока не будут преодолены в идеологии СМИ настроения национального поражения, пока мы будем исходить из идеи непогрешимости Европы и Запада.
Не может учитель сформировать гражданина и патриота, когда телевидение, к примеру, настойчиво уже 15 лет воспевает героику эмиграции и даже героику предательства, как в случае с Олегом Калугиным. Не может учитель формировать гражданина и патриота, когда наши СМИ внедряют в сознание людей мысль, что любит Родину не только тот, «кому некого и нечего любить», или что, к примеру, русская история не удалась.
Необходимо вернуться к изначальному гуманитарному смыслу системы образования. Образование должно быть посвящено великой цели возрождения и российской элиты, и российской нации. Но давайте тогда, в соответствии с этими великими задачами, более смело отказываться от пораженческих настроений прошлого, от всего, что на самом деле мешает подняться России с колен. Все в наших силах. К счастью. Нужна только политическая воля.