По итогам исследования выяснилось, что 61% респондентов согласны с тем, что «система свободного предпринимательства и свободная рыночная экономика — это лучшая система, на основе которой следует строить будущее человечества». В то же время 65% респондентов в целом убеждены, что «система свободного предпринимательства лучше всего работает в интересах общества, когда сопровождается сильным правительственным регулированием».
Единственной страной, где большинство опрошенных не возлагают больших надежд на капиталистическую модель, оказалась Франция: всего 36% французов доверяют системе рыночных отношений.
Парадокс заключается в том, что вера в «светлое будущее» капитализма наиболее крепка в коммунистическом Китае: 74% опрошенных китайцев разделяют веру в свободную рыночную систему. Идеалы капитализма вызывают энтузиазм также у жителей Филиппин (73%), США (71%) и Индии (70%).
В то же время, как показало исследование, россияне не слишком уверены в преимуществах свободных рыночных механизмов. Всего 43% считают, что рыночная экономика является оптимальной экономической моделью. При этом 66% россиян сетуют на чрезмерное влияние крупных компаний на действия правительства, в то время как противоположной точки зрения придерживаются лишь 16% респондентов. Правда, в США (85%), Франции (86%) и Китае (47%) число недовольных крупными компаниями еще выше.
«Общая динамика отношения к рыночной экономике позитивна,— не соглашается старший экономист ОФГ «Инвест» Ярослав Лисоволик.— Например, по итогам прошлого года зарегистрирован один из рекордных темпов роста занятости населения на предприятиях малогои среднего бизнеса — в пределах 10%, тогда как за предыдущие периоды этот рост не превышал 4–5%».
В свою очередь экономист инвестиционного банка «Траст» Евгений Надоршин объясняет такие результаты опроса россиян значительным расслоением населения: большинство людей не удовлетворены своими доходами, с каждым годом отставая от богатых и при этом помня, как было хорошо, когда все были равны. «С какой стати им любить рынок? Их положение лучше не становится»,— говорит Надоршин.
Не удивляет экспертов и недовольство населения уровнем влияния монополистов на органы власти. «Это вызвано ощущением того, что в недалеком прошлом крупные компании занимались активным лоббированием своей деятельности на государственном уровне.
Однако сейчас говорить о сращивании бизнеса с властью в тех масштабах, как это было в 1990-е, не приходится»,— говорит Ярослав Лисоволик. Евгений Надоршин вовсе уверен, что в России и Китае процент недовольных был бы близок к абсолютному максимуму, если бы население адекватно оценивало ситуацию.
«Я бы поверил в такой результат, в западных странах, помимо крупного бизнеса, существенное влияние на власть оказывают профсоюзы, которые как раз представляют собой население. У нас профсоюзов нет — есть олигархи»,— отмечает Надоршин.
КСЕНИЯ ГОГИТИДЗЕ, ВЛАДИМИР ЛАВИЦКИЙ, ОЛЬГА КУВШИНОВА , Деловая газета "Бизнес"
http://rokf.ru