Ограничения органического понимания сообщества: виртуальные игровые сообщества



Ограничения органического понимания сообщества: виртуальные игровые сообщества

Понятие сообщества является теоретически нагруженным понятием и отсылает к нескольким различным типам социологического мышления.

В рамках истории мысли могут быть выделены три мета-нарратива, которые наполняют понятие различным образом: 1. Консервативное понимание сообщества как испытывающего кризис в связи со становлением общества модерна. Для Ф. Тенниса сообщество характеризуется наличием органических связей, подчеркивает отношения семейную привязанности (gemeinschaft) и отделяется от противостоящего ему понятия общества (gesellschaft)[1, 22-93], Э. Дюркгейм описывает схожий процесс, фиксируя его в движении от механической солидарности к органической, Г. Зиммель акцентируется на процессе социальной дифференциации, индивидуализации, или обобществления (Vergesellschaftung)[2, 13]. Ключевым индикатором этого рода дефиниций сообщества как морального сообщества выступается понятие индустриализации, которая сопровождается ростом социальной дифференциации, замещающей природные, целостные отношения отношениями абстрактными: деньги как меновая единица взамен персонифицированному обмену, договор и правовые, безличностные отношения вместо дружбы и эмоциональных обязательств, чуждость вместо знакомости, более того, обезличенность как черта больших городов. 2. Экологический подход Чикагской школы. Несмотря на эмпирическое внимание, уделяемое изучению сообществ (выход в «городскую лабораторию»), подход может быть назван холистским.

Он сосредоточен на рассмотрении города как подверженное изменению целое, как конкурентной среды, фокусируясь на физическом росте (конурбации, хабитат), т.е. экспансии как процессу (Э. Берджесс, Р. Парк); к примеру, сообщества оказываются участниками процессов городского метаболизма (организация и дезорганизация), который распределяет, «сортирует индивидов и сообщества по местам проживания и родам занятий»[3, 27]. Э. Амин и Н. Трифт, характеризуя Л. Вирта и теоретиков урбанизма XX века указали, что «за гомоном, суматохой, неразберихой и неупорядоченностью городской жизни им виделось некое органическое единство»[4, 132].

Вместе с тем возможна и иная интерпретации исследовательской традиции чикагской школы. Если обратить внимание на исследование P. Gressey «Taxi-Dance Hall», которое представляет собой включенное этнографическое наблюдение, то на этом основании чикагская школа сближается с community studies, хотя это более позднее направление. A. Handing указал на спад интереса к этой традиции: «в 1950-х годах, когда влияние некогда доминировавшей Чикагской школы городской социологии начало ослабевать и большинство новых разработок в теории городов все больше ассоциировались с городской географией и пространственным анализом»[5, 28].

Зачастую эти исследования сопряжены с феноменом власти, например, у F. Hunter в «Regional City» (1953) и у R. Dahl в «Who Governs?» (1961). Останавливаясь на двух вариантах прочтения творчества чикагской школы, мы следуем за анализом M. Bertotti, локализовавшем чикагцев в рамках двух теоретических нарративов [6]. 3. Социально-антропологический метод.

Классическими работы по этнографии и социальной антропологии, выполненные Б. Малиновским [7], А. Редклиф-Брауном, К. Гиртцем предполагали обследование, наблюдение в физическом модусе существования сообщества, т.е. обследование примордиальной общности как замкнутой физической единицы. Сами по себе этнографические методы подразумевают физический контакт, времяпрепровождение, ознакомление с элементами культуры, которые составляют, по мнению T. Boellstorf, её центральную силу: "Воплощенная телесность формирует центральную силу этнографии (Wacquant 2004) [8, 384], предлагая нам опыт в практиках и в разделении общего мира с его участниками».

Такой тип исследования предполагает полное погружение в небольшую группу или сообщество и поддержания коммуникации со всеми участниками. Однако мы полагаем, что традиционные подходы, мыслившие сообщество как георгафически определенную группу, должны быть переосмыслены с появлением глобальных средств коммуникации; Е. Варшавер подчеркивает, что M. Bertorri был осуществлен переход от локального понимания сообщества к нетерриториальной концептуализации [9].

Следуя этой мысли, мы полагаем, что в качестве основополагающего критерия сообщества должно выступить единство практических действий (community of practice or communities of interest) [10, 1-19], которое переключает внимание от физической явленности и границы группы к практическим действиям индивидов. Акцент на единстве практических действиях и совместном препровождении позволяет использовать в качестве актуального и при этом не связанным с локализацией понятие «community of play» [11, 203].

Такие мультидисциплинарные направления, как game studies и netnography относятся к практике человека, играющего в онлайн игры не только как к времяпрепровождению, но как к продуктивным, креативным и коллективным действиям, в соответствии с динамикой группы или сообщества.

Понятие игрового сообщества является объяснительным элементом для устойчивых видов социальной и интеллектуальной деятельности, связанных с созданием идентичностей и не ассоциирующихся с территориально определенной и существующей исключительно в физическом модусе группы [12, 888].

1. Tonnies F. Community and Civil Society. Cambridge University press. 2001. 278p. 2. Joan E. Grusec and Paul D. Hastings (eds), Handbook of Socialization: Theory and Research. New York/London: The Guilford Press. 2007. 737p. 3. Берджесс Э. Рост города: введение в исследовательский проект. В кн. Чикагская школа социологии. Сборник переводов / РАН ИНИОН. Сост. и пер. Николаев В.Г.; отв. ред. Ефременко Д.В. – М.: 2015. -430с. 4. Амин Э, Трифт Н. Города: переосмысляя городское. М.: Красная ласточка. 2017. 5. Handing A. The history of community power. Theories of Urban Politics. 2nd. Ed L., 2009. pp. 28-56. 6. Bertotti M. Connected Communities. A review of conceptualization and meaning of «community» within and across research traditions: a metanarrative approach. URL: http://www.ahrc.ac.uk/documents/project-reportsand-reviews/connected-communities/a-review-of-conceptualisations-andmeanings-of-community-within-and-across-research-traditions-ametanarrative-approach 7. Малиновский Б. Избранное: Аргонавты западной части Тихого океана. М.:2004. – 552с. 8. Wacquand L. Following Pierre Bourdieu into the field. Ethnography. Vol (5)4. P.387-414. 9. Варшавер Е. Сообщества мигрантов в Москве: механизмы возникновения, функционирования и поддержания. НЛО. 2014. №3. (127). 10. Brubaker R. The «Diaspora» Diaspora. Ethnic and Racial Studies. 2005. Vol. 28. № 1. P. 1-19 11. Pearce C. Communities of Play: Emergent Cultures in Online Games and Virtual Worlds. MIT Press, 2008. – 499p. 12. Steinkuehler K. Williams D. Where everybody Knows Your Name: Online Games as «Third Places». Journal of Computer-Mediated Communication. №11. 2006. P.888.

Тюнин Аркадий Михайлович

ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

Ежедневные обновления и бесплатные ресурсы.